Все о статье 264 Уголовного кодекса РФ.


консультация по телефону бесплатна
проконсультируйся сейчас +7 967 264 264 1

Обжалования в кассации.

Пример кассационной жалобы.

В Первый кассационный суд общей юрисдикции

ИНДЕКС, г. ГОРОД, ул. УЛИЦА, д. ДОМ

Через ... РАЙОННЫЙ СУД .... ОБЛАСТИ

Адрес: ____________________________________________

В защиту ФИО

Дело № ______________________

Приговором Энского районного суда Московской  области от 00.00.2020 г. Ф.И.О. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.264 УК РФ и ему назначено наказание в виде 2 (двух) лет лишения  свободы с отбыванием  наказания  в колонии-поселении, с лишением права  заниматься деятельностью, связанной с управлением   транспортными средствами сроком на 3 (три) года.

00 ноября 2020 года Ф.И.О. избрана мера пресечения – содержание под стражей.

00 января 2021 года Московский областной суд приговор оставил без изменения, а жалобу без удовлетворения.

        

По мнению защиты приговор суда подлежит отмене как незаконный и необоснованный,  постановленный с нарушениями норм материального и процессуального права.

 

Обстоятельства дела.

Осужденный, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, не признавал себя виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, последовательно утверждал, что управляя автомобилем Правила дорожного движения и расположения на проезжей части, а так же установленный скоростной режим не нарушал. Опасных маневров не совершал и аварийную ситуацию не создавал.

Обнаружив пешехода, которая в нарушение требований Правил дорожного движения, вышла на его сторону дороги, применил торможение, но не успел остановить автомобиль.

Пешеход переходила дорогу  в неустановленном месте (при наличии в зоне видимости пешеходного перехода). Как установлено следствием пожилая женщина в условиях дождливой погоды торопилась к автомобилю, который ожидал ее на противоположной стороне дороги.

        

Правовое обоснование позиции защиты.

1. Суд неправильно определил существенные для дела обстоятельства, в частности не установил момент возникновения опасности.

В п.5. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с неправомерным завладением без цели хищения" обращено внимание судов, что при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ.

Из приговора  следует: «Непосредственной причиной ДТП явились именно неосторожные действия водителя Ф.И.О. поскольку он нарушил п. 10.1 ПДД РФ, являясь водителем автомобиля, то есть управлял источником повышенной опасности, и не проявил должной внимательности и предупредительности».

Пункт 10.1 ПДД РФ предусматривает, что при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п. 1.2 Правил "Опасность для движения" - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, из взаимосвязи п. 1.2 и п. 10.1 Правил следует, что обязанность водителя принять меры к снижению скорости возникает в момент обнаружения угрозы ДТП.

Данный вывод подтверждается в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25: «При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки,  предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить».

Каждый участник дорожного движения вправе рассчитывать на их соблюдение другими участниками дорожного движения (п. 1.3, 1.5 ПДД РФ).

Движение пешехода соблюдающего требования Правил не создает угрозу ДТП. Опасность для движения возникает только в тот момент, когда кто-либо из участников движения отступает от выполнения требования Правил.

Этот момент и должен установить суд, как момент возникновения опасности. С момента возникновения опасности возникает обязанность водителя автомобиля принять меры к снижению скорости для предотвращения ДТП (пп. 1.2, 10.1 ПДД РФ).

При постановлении приговора суд момент возникновения опасности не установил, несмотря на то что этот момент является существенным обстоятельством для дела, поскольку именно с этого момента определяется техническая возможность водителя остановить автомобиль.

 

1.1 Суд не установил нарушения пешеходом Правил дорожного движения.

В приговоре указано, что допускается переход вне пешеходного перехода.  Действительно переход проезжей части не является нарушением и регламентирован Правилами дорожного движения.  

 В п. 4.3. Правил предусмотрено, что пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин.

При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

Согласно п. 4.6. выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учетом сигнала светофора (регулировщика).

Суд не учел, что в зоне видимости имелся пешеходный переход, а главное суд не учел и не дал оценку в Приговоре, что переходя проезжую часть вне пешеходного перехода пешеход обязан остановиться на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжить переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения (п. 4.6 ПДД РФ).

Не остановившись на линии, разделяющей потоки противоположных направлений и выйдя на сторону дороги, по которой двигался автомобиль, пешеход отклонилась от выполнения требований Правил, чем прежде всего подвергла опасности свою жизнь и здоровье.

Данный вывод подтвердила и проведенная по делу автотехническая экспертиза  от 11 сентября 2019 года: «В имевшей место дорожно-транспортной ситуации, пешеход должен был руководствоваться разделом №4 (обязанности пешехода) Правил дорожного движения Российской Федерации». В приговоре оценку этому выводу автотехнической экспертизы суд оценку не дал.

 В момент отступления пешехода от требований Правил возникла угроза ДТП, а для водителя автомобиля – момент возникновения опасности и обязанность принять меры к снижению скорости.

Как того требуют п.п. 1.2, 10.1 ПДД РФ водитель автомобиля применил меры к снижению скорости, но автомобиль невозможно остановить моментально.

Таким образом, именно нарушения пешеходом п.п.4.3, 4.6 Правил является моментом возникновения опасности для водителя.

 

1.2 Неправомерное поведение пешехода, выразившееся в несоблюдении требований Правил дорожного движения не учтено как обстоятельство смягчающее наказание.

Согласно разъяснений п. 10. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25 если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в статье 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил (например, переход пешеходом проезжей части с нарушением требований пункта 4.3 Правил), эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание…      

Обвиняя водителя в том, что он не своевременно принял меры к снижению скорости, суд не учел, что опасность для движения автомобиля возникла в результате несоблюдения потерпевшей п.п. 4.3, 4.6 Правил. В результате чего суд не применил смягчающее вину обстоятельство.

Аналогичная судебная практика приведена в Апелляционном определении Верховного суда от 29 августа 2019 г. N 87-АПУ19-2 в частности суд указал: «Доводы потерпевшего Г. и его представителя о том, что погибшая Г. не нарушала правил дорожного движения, и что суд необоснованно признал указанное обстоятельство смягчающим П. наказание, Судебная коллегия находит неубедительными, поскольку потерпевшая в нарушение п. п. 4,3 и 4,5 ПДД РФ переходила проезжую часть в месте, где отсутствовали пешеходные переходы, создавав при этом помеху для движения транспортных средств, которые были вынуждены притормаживать и менять скорость и направление движения».

В соответствии с требованиями ст. ст. 302, 307 УПК РФ в приговоре необходимо провести всесторонний анализ доказательств, на которых суд основывал свои выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого, обвинительный приговор постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

 

1.3 В обвинение не включено и не раскрыто определение понятия «Опасность для движения» данное в п. 1.2 Правил дорожного движения.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

На основании п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Согласно п. п. 3, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. N 25, при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных ст. 264 УК РФ, судам следует указывать в приговоре, нарушение каких конкретно пунктов Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства повлекло наступление последствий, указанных в ст. 264 УК РФ, и в чем конкретно выразилось это нарушение. При исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными ст. 264 УК РФ.

Суд первой инстанции, указав в описательно-мотивировочной части приговора на то, что осужденный при возникновении опасности для движения мер к снижению скорости не принял, нарушил требования ст. 252 УПК РФ, вышел за пределы предъявленного обвинения, поскольку в предъявленном обвинении п.1.2 ПДД РФ отсутствует, определение понятию «Опасность для движения».

 

1.4 Не установив момент возникновения опасности суд не мог дать оценку проведенным по делу автотехническим экспертизам, а соответственно и отклонить экспертизу установившую, что водитель не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода.

Как указывалось ранее, движение автомобиля по проезжей части не является нарушением и тем более преступлением. Водитель отклоняется от выполнения п.п. 1.2, 10.1 Правил, в случае если, обнаружив опасность, он не применяет мер к снижению скорости. 

Согласно положений п. п. 6, 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25, уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия… При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки..».

Таким образом, вина водителя при наезде на пешехода определяется наличием технической возможностью избежать наезда с момента возникновения опасности. Расчет технической возможности требует специальных знаний и поэтому необходимо проведение автотехнической экспертизы.

В материалах дела имеется два противоречащих заключения автотехнических экспертиз. 

Приведя в приговоре вывод  автотехнической экспертизы от 11 сентября 2019 года, суд содержание экспертизы не раскрыл, оценку данному доказательству не дал.

При этом отклоняя представленное защитой заключение специалиста, согласно которого водитель не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, суд в Приговоре указал, что специалистом не устанавливались необходимые обстоятельства ДТП, в том числе и момент возникновения опасности.

Таким образом, суд подтвердил в приговоре, что момент возникновения опасности является существенным для дела обстоятельством, но не выполнив рекомендации п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25,  моменту возникновения опасности при постановлении Приговора оценку не дал. При этом суд необоснованно принял за основу приговора заключение автотехнической экспертизы от 11 сентября 2019 года.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной экспертизе по уголовным делам", заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все они, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Суд, принимая решение по делу, указанные требования закона и разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации не учел, не дал надлежащей оценки заключению автотехнической экспертизы, положив ее выводы в основу обвинительного приговора.

В нарушение положений пунктов 3, 4 части 1 статьи 305, пункта 2 статьи 307 УПК РФ судом принятое решение в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора не мотивировано. Следовательно, приговор суда в этой части не может быть признан законным и обоснованным.

Суд апелляционной инстанции указанное процессуальное нарушение оставил без внимания.

 

2. Приговор постановлен на недопустимых доказательствах - автотехнической экспертизе, основанной на данных сфальсифицированного протокола следственного эксперимента (т.1, л.д.98-101).

Согласно п.16 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 25 июня 2019 года доводы жалобы, представления на недопустимость доказательства, положенного в основу обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, повлиявшего на выводы суда относительно фактических обстоятельств дела, требуют проверки.

В судебном заседании Защитой заявлено о признании недопустимы следственного эксперимента и основанного на данных следственного эксперимента заключения автотехнической экспертизы.

Проверка фальсификации следственного эксперимента и признание недопустимым доказательством носит принципиально важный характер для дела, поскольку на основании спорного следственного эксперимента произведен расчет наличия у водителя технической возможности избежать наезда на пешехода.

При этом в следственном эксперименте существенна занижена скорость движения пешехода.

Так, дистанцию 5,3 метра пешеход преодолевала на скорости 1.0 км в час., а  1,8 метра - 0,7 км в час.

Таким образом, из протокола спорного эксперимента следует, что один и тот же человек проходит отрезок меньшей длинны со скоростью на 30% медленнее, то есть явно занижая скорость на отрезке меньшей длинны.

Кроме того, более чем в два раза занижена скорость в сравнении с экспериментальными замерами, которые проведены со значительно большим количеством повторений.  Согласно специальной литературы (Буйвидович Г.А. Русков С.Ф. «Информационное письмо № 27 М, ЦНИИСЭ 1966, медленный шаг женщины старше 70 средняя скорость 2,4 км в час. при количестве наблюдений 27 раз, а быстрый шаг – 4.1 км в  час, при количестве наблюдений 71 раз.

Этим несоответствиям, имеющим существенное значение для установления вины водителя, суд оценку не дал, как не дал оценку и всему следственному эксперименту о котором в приговоре не упоминается.

Из протокола  следственного эксперимента от 29.07.2020 г. следует, что он проведен с участием свидетеля Пупкиной и  статиста Глупкиной (т.1, л.д.98-100) и это не соответствует  фактическим  обстоятельствам  уголовного дела - показаниям свидетеля  Пупкиной от 21.09.2020 г.: 

Вопрос: «Следственный эксперимент был?»

Ответ: «Следователь сказал, что должна прийти бабушка, похожая на потерпевшую. Но я  так  больше  не приезжала».

На 30 мин 40 сек аудио протоколирования допроса свидетеля Пупкиной.:

Вопрос: «Скажите пожалуйста, а когда у Вас был следственный эксперимент,   кто был в качестве статиста, Вы сами показывали?»

Ответ: «Показывала я сама».

Вопрос: «А там не было другого человека, такого же возраста, как  погибшая?»

Ответ: «Нет, не было потому, что мы  еще рассуждали, что у него должна была подойти  такая же бабуличка, с которой он договорился». «Я так понимаю она так и не пришла и мы делали всё это без нее».

 

Показания статиста Глупкиной от 05.11.2020 г.:

Вопрос: «Как  Вас нашел следователь?»

Ответ: «Меня попросила  моя внучка Курицина. Она работает в полиции.

Вопрос: «Вам  предложили пройти определенным  темпом?»

Ответ: «Нет, я прошла, как хожу обычно». Прошла один раз в сторону  гаражей  и обратно.» (т.3, л.д.8)

 

На 40 секунде 33 минуты аудио протокола допроса  статиста Глупкиной от 05.11.2020 г.:

Вопрос свидетелю: «Предлагала ли она Вам  пройти определенным темпом?»

Ответ: «Нет». «Один раз туда и один раз назад».

Вопрос: «Два раза

Ответ: «Один раз туда и один раз назад».

Вопрос: «Мария Ивановна, а Вы ничего не путаете? Два раза Вы прошли, не три не четыре, не пять?

Ответ: «Нет».

 

Таким образом, допрошенные в суде свидетель Пупкина и статист Глупкина дали показания, что совместно при проведении эксперимента не присутствовали. Свидетель не показывала статисту с какой скоростью идти, а статист сообщает, что прошла сама и всего два раза, в то время как в протоколе следственного действия указано 6 раз.

Поскольку занижение скорости в протоколе следственного эксперимента   непосредственно влияет на вывод автотехнической экспертизы, а соответственно на обвинительный приговор, то фальсификация указанного следственного действия является преступлением, предусмотренным частью 2 ст. 303 УК РФ, которое привело к незаконному привлечению осужденного к уголовной ответственности.

Также суд не дал оценки в приговоре доводам защиты о том, что подпись Пупкиной в протоколе следственного эксперимента визуально отличается от ее подписей в первоначальном допросе (т.1, л.д.95-97).

Таким образом, суд не учел, что автотехническая экспертиза основана на сфальсифицированном следственном эксперименте, в котором следователем существенно занижена скорость пешехода.

 

2.1 Судом не направлено заявление подсудимого для проведения проверки в порядке, предусмотренном статьей 144 УПК РФ и не дана оценка заявление о фальсификации следственного эксперимента.

Согласно  разъяснениям п. 13. Постановления Пленума Верховного суда «О судебном приговоре» от 29 ноября 2016 г. N 55 при наличии оснований для проверки заявления подсудимого в порядке, предусмотренном статьей 144 УПК РФ, суд направляет его руководителю соответствующего органа предварительного расследования. Проведение такой проверки не освобождает суд от обязанности дать оценку материалам, представленным по ее результатам, и отразить свои выводы в приговоре.

В п. 13. Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 N 51 "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)" разъяснено, что при рассмотрении ходатайства стороны о признании доказательств недопустимыми в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 75 УПК РФ суд должен выяснять, в чем конкретно выразилось нарушение требований уголовно-процессуального закона.

Материалы для проведения проверки суд не направил, в приговоре заявлению о признании недопустимыми следственного эксперимента и автотехнической экспертизы оценку не дал.

 

2.2 Скорость движения пешехода определяла статист, которая свидетелем ДТП не была.

Согласно приведенных выше показаний свидетель не определяла скорость движения статиста. Из протокола следственного эксперимента так же не следует, что свидетель каким-либо образом сообщала или корректировала скорость, с которой должен передвигаться статист, что противоречит замыслу эксперимента, на котором свидетель должна  показать с какой скоростью двигался пешеход.

Поскольку статист сама определила скорость движения пешехода, в то время как свидетелем ДТП не была, то следственный эксперимент не отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам и в силу п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ является недопустимым доказательствам, как основанный на догадке, предположении, слухе, а также на выборе скоростью статистом, который не может указать источник своей осведомленности.

Учитывая, что свидетель Пупкина, при производстве следственного действия эксперимента не присутствовала, то протокол следственного действия так же не может быть признан допустимым доказательством, как полученный с нарушением закона (ч. 3 ст. 75 УПК РФ).

          

2.3 Суд не дал оценку показаниям свидетелей.

Не дал суд и оценку приведенным выше показаниям свидетеля Пупкиной, перенеся ее показания из обвинительного заключения.

Показания статиста Глупкиной суд в приговоре не привел и оценку не дал.

В п. 8. Постановления Пленум Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре" указал, что с учетом положений статьи 74 и части 1.2 статьи 144 УПК РФ о том, какие сведения могут признаваться доказательствами по уголовному делу, суд в описательно-мотивировочной части приговора не вправе ограничиться перечислением доказательств или указанием на протоколы процессуальных действий и иные документы, в которых они отражены, а должен раскрыть их основное содержание. Следует избегать приведения в приговоре изложенных в указанных протоколах и документах сведений в той части, в которой они не относятся к выводам суда и не требуют судебной оценки. Недопустимо перенесение в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства.

        

2.4 При проведении следственного эксперимента не проведена надлежащая фиксация следственного действия с участием понятых или применения технических средств.

Из положений п.1.1. ст. 170 УПК РФ следует, что в случаях, предусмотренных статьями 115, 177, 178, 181, статьей 183 (за исключением случаев, предусмотренных частью третьей.1), частью пятой статьи 185, частью седьмой статьи 186 и статьей 194 настоящего Кодекса, понятые принимают участие в следственных действиях по усмотрению следователя. Если в указанных случаях по решению следователя понятые в следственных действиях не участвуют, то применение технических средств фиксации хода и результатов следственного действия является обязательным.

Ст. 166 УПК РФ протокол следственных действий указывает на необходимость фиксации всех действий, а также участвующих лиц, разъяснение прав участвующим лица, указание на применение технических средств.

Следователем понятые для проведения эксперимента не приглашались. Проведено фотографирование статиста со спины. Данная фотография не позволяет установить и проверить ход и результаты следственного эксперимента, в том числе и присутствие свидетеля.

Таким образом, не дав оценку следственному эксперименту суд не учел, что проведенная по делу фотофиксация не позволяет проверить ход и результаты следственного эксперимента, что привело к бесконтрольному занижению следователем скорости движения пешехода и привлечению невиновного к уголовной ответственности.

Следственный эксперимент проводился без учета дорожной ситуации. Не учитывалось, что в условиях дождя пожилая женщина торопилась к автомобилю, который ожидал ее на противоположной стороне дороги.

При проведении эксперимента заявлено о применении таких средств измерения как рулетка и секундомер, однако модели, модификации и данные о поверках приборов не указаны.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что суд первой инстанции в приговоре не дал надлежащей оценки следственному эксперименту, а так же всем указанным выше обстоятельствам, хотя они имеют существенное значение для правильного разрешения уголовного дела и вынесения законного и обоснованного решения по делу, приговор суда нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем, приговор подлежит отмене.

В пункте 6. Постановления Пленум Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре" разъяснил, что в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3, 4 части 1 статьи 305, пункта 2 статьи 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Если какие-либо из исследованных доказательств суд признает не имеющими отношения к делу, то указание об этом должно содержаться в приговоре.

Об следственном эксперименте суд в приговоре не упоминал, в то время как установленная следственным экспериментом скорость движения пешехода имеет принципиальное значение для дела, поскольку прямо влияет на выводы автотехнической экспертизы и в целом виновности осужденного.

Таким образом, приговор суда противоречит положениям ст.ст. 305, 307 УПК РФ, что повлекло постановление несправедливого приговора.

 

3.  Приговор основан на предположениях.

 

3.1 Из приговора следует, что водитель избрал небезопасную скорость без учета видимости.

Судом установлено: «погода была пасмурная, асфальтовое покрытие было мокрым, дорога на месте ДТП горизонтальная и прямая, без уклонов и закруглений».

ДТП произошло в населённом пункте, где в соответствии с п.10.2. Правил разрешается движение транспортных средств со скоростью 60 км/час.

Судом не установлено превышение водителем скоростного режима, а так же ограничения видимости с места водителя, не  проведено сравнение параметров видимости с остановочным путем автомобиля со скорости 60 км в час.

То есть вывод суда о том, что скорость автомобиля избрана без учета видимости материалами дела не подтвержден и основан на предположениях.

Кроме того, суд установил, что водитель видел пешехода стоящую на обочине, то есть предположение об избрании скорости без учета видимости или невнимательности водителя противоречит приговору.

Выводы суда апелляционной инстанции о том, что водитель видел и отвлекся на другую женщину, стоявшую на обочине, не соответствуют материалам дела. 

 

3.2. На предположениях основан и вывод суда о том, что водитель не применял экстренного торможения.

Отсутствие на месте ДТП следов торможения может быть обусловлено различными факторами, например – мокрый асфальт, на котором не видны следы «юза», наличие у автомобиля антиблокировочной системы или применение торможения без блокировки колес на «юз».    На момент происшествия шел дождь, проезжая часть мокрая, автомобиль оборудован антиблокировочной системой тормозов, обратного судом не установлено, надлежащих доказательств не применения торможения в приговоре не приведено, в связи с чем довод суда о том, что водитель не тормозил является предположением.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных доказательств.

 

4. Судом не устранены противоречия между показаниями водителя и свидетеля ДТП в части темпа движения пешехода.

Как указывалось ранее, судом не дано оценки, что в ходе расследования высилось, что в условиях дождя пожилая женщина торопилась к автомобилю, который ожидал ее на противоположной стороне дороги. Эти обстоятельства соответствуют показаниям осужденного, что пешеход бежала и он не успел остановить автомобиль.

Поскольку виновен водитель только в том случае если он располагал технической возможностью избежать наезда, то темп движения пешехода является обстоятельством, имеющим существенное значение для дела.

Судом не выполнены требования п. 2 ст. 307 УПК РФ о содержании описательно-мотивировочной части приговора и проигнорировано положение закона о том, что неустранимые сомнения в виновности подсудимого трактуются в его пользу. Вопреки требованиям п. 2 ст. 307 УПК РФ, в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие. В частности, не дано оценки противоречиям показаний обвиняемого и свидетеля в части темпа движения пешехода, в то время как скорость движения имеет принципиальное значение для результатов расчетов автотехнической экспертизы.  Очная ставка по делу не проводилась.

В соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

 

5. Судом неправильно разрешен гражданский иск

Из Приговора следует, что подсудимый выплатил потерпевшему 80 000 рублей в счет возмещения морального вреда. 

В приговоре  суд, не указал, что 12.11.2020 г. подсудимый  выполнил  очередной (третий по счету)  денежный  перевод на сумму  107500 рублей потерпевшему, в  ходатайстве защиты приобщить  к  делу оригинал соответствующего платежного документа  суд неправомерно отказал.  (т.3,л.д.70). Аналогичная  квитанция на сумму  50 000 рублей приобщена к  уголовному делу. (т.3,л.д.4«а», л.д.11),  подлинность представленных защитой платежных документов участниками процесса не оспаривалась, общий размер уже  возмещенного осужденным вреда на  12.11.2020 г.  составил 157500 рублей. Факт выплаты подтверждается заявлением при судебном допросе 16.09.2020 г. (т.3, л.д.240-241  и в  судебном заседании от 18.11.2020 г. (т.3,л.д.70), а так же заявлением Полякова в суде апелляционной инстанции.

Кроме того, данное обстоятельство признано судом как смягчающее обстоятельство.

При этом суд установил компенсацию морального вреда и взыскал с осужденного пользу потерпевшего 1 000 000 рублей, не указав, куда следует отнести перечисленные 157 500 рублей.

Таким образом, определяя размер взыскания суд не установил подлежит ли зачету сумма, выплаченная подсудимым потерпевшему.

По каждому предъявленному по уголовному делу гражданскому иску суд при постановлении обвинительного приговора обязан в соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 299 УПК РФ обсудить, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере.

Разрешая такие вопросы, суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора приводит мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска либо отказ в нем, указывает размер и в необходимых случаях - расчет суммы подлежащих удовлетворению требований, а также закон, на основании которого принято решение по гражданскому иску. (п. 24. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу").

В соответствии с положениями п. 2 ч. 1 ст. 379, п. 10 ч. 1 ст. 299, п. 1 ч. 1 ст. 309 УПК РФ неправильное разрешение гражданского иска в уголовном деле является основанием для отмены приговора суда в этой части.

 

6. Судом не учтены смягчающие обстоятельства и состояние здоровья осужденного.  

О ранее осужденным перенесена операции по пересадке органа зрения, что подтверждается выпиской из медицинских документов.

Отсутствие систематической  медицинской помощи осужденному может привести к необратимым последствиям для зрения и привести к инвалидности.

 

Приговор суда нельзя признать законным и вследствие нарушения п.11 ч.1 ст.308 УПК РФ, а именно  отсутствие  указания порядка  следования осужденного в колонию-поселение, заключение  осужденного под стражу произведено судом вопреки положениями ст. ст. 75.1 и 76 УИК РФ, согласно которым в колонию-поселение осужденный следует за счет государства самостоятельно.

По решению суда осужденный может быть заключен под стражу и направлен в колонию-поселение под конвоем в порядке, предусмотренном статьями 75 и 76 УИК РФ, в случаях уклонения его от следствия или суда, нарушения им меры пресечения или отсутствия у него постоянного места жительства на территории Российской Федерации. Данные требования закона судом не выполнены. Мотивы направления осужденного к месту отбывания наказания под конвоем в приговоре не приведены. Оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 75.1 УПК РФ, для заключения осужденного под стражу и направлению его в колонию-поселение, материалы уголовного дела не содержат.

Суд, избирая осужденному самую  строгую меру  пресечения, данное решение  не обосновал,  ссылок на положения  ст.97 и  99 УПК РФ приговор  также не содержит.

Из п.1  Постановления  Пленума  Верховного суда РФ   №58 « О практике назначения судами РФ уголовного наказания «в силу требований статей 307 и 308 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в приговоре следует указывать мотивы принятых решений по всем вопросам, относящимся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбыванию».

При таких обстоятельствах назначенное осужденному наказание, хотя и не выходит за пределы, предусмотренные санкцией ч. 2 ст. 264 УК РФ, не соответствует личности осужденного, и по своему виду является явно несправедливым следствие чрезмерной суровости, а цели наказания осужденного, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного и совокупность вышеперечисленных обстоятельств, могут быть достигнуты без реального отбывания наказания, в условиях осуществления контроля за его поведением со стороны соответствующих органов, с установлением испытательного срока, в течение которого условно осужденный должен своим поведением доказать свое исправление.

 

7. Приговор основан на ст. 28 УК РФ исключающей уголовную ответственность.

В приговоре  суд сослался на положения ст. 28 УК РФ «Невиновное причинение вреда», что соответствует дорожной ситуации и заключению автотехнической экспертизы, установившей, что водитель  не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, а так же  приведенными выше выводами на нарушениях допущенных пострадавшей при переходе проезжей части.

Поскольку установление факта невиновного причинения вреда  исключает возможность вынесения обвинительного приговора, то приговор подлежит отмене, а производство по делу прекращению за отсутствием в действиях осужденного состава преступления.

 

Суд апелляционной инстанции в нарушение требований статей 389.28 - 389.32 УПК РФ не ответил на доводы жалобы, в которых оспаривается законность приговора и не указал мотивы принятого решения.

Таким образом, судами первой и апелляционной инстанций допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, и в соответствии с ч.1 ст.401.15 УПК РФ являющиеся основанием к отмене приговора

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 401.1 - 401.3 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,

ПРОШУ:

1. Отменить приговор  ......... районного суда ...............  области от 25.11.2020 и постановление Московского областного суда  и передать уголовное дело на новое  рассмотрение.

2. Освободить осужденного из исправительного учреждения, меру пресечения избрать не связанную с лишение свободы для получения возможности получать квалифицированную медицинскую помощь.

 

Приложение:

1. Копии документов, подтверждающих доводы, изложенные в кассационной жалобе.

2. Документ, подтверждающий полномочия представителя.

"___"____________ _____ г